ЕМъ Евгений Мякишев (kunshtuk) wrote,
ЕМъ Евгений Мякишев
kunshtuk

"Нет, рябята-демократы, только чай!"

tBMzQqfvIxU

КНИГА – ЛУЧШИЙ ПОДАРОК!

Я бы никогда не познакомилась с Болдуманом, если бы не Мякишев, Но и с Мякишевым я также, в свою очередь, никогда бы, может быть, и не встретилась, если бы не Витя Ефимов. А про Витьку я гарантированно никогда бы даже и не узнала, если бы не пришла в конце девяностых поздней осенью или в начале зимы на Мойку, 12, где происходило событие «колоссальной духовной значимости», какой-то поэтический фестиваль, в переводе на русский язык называвшийся «Ангел Места». Рядом со мной сидел стеснительный придурок в черном цыганском платке с кистями – Витя Ефимов. Он вылез на сцену и прочел стихи, а я после этого, чтобы его как-то поддержать, протянула ему пузырь с пивом – на этом знакомство закончилось. Но через некоторое время Витя меня все-таки нашел (хотя тогда не было никаких коммуникаций – мы же тогда еще жили в доисторическое время), ПОДАРИЛ СВОЮ КНИГУ (даже две) и пригласил на мегалитературное мероприятие: вечер Мякишева.
– А кто это? – спросила я.
Витька сказал: – Женя Мякишев? Ну, это – довольно хороший поэт.
Нечасто услышишь такое от поэта в адрес другого поэта! Мы с Витькой по дороге купили пузырь и поперли на Фонтанку, в «Лицей», где Антипов – мрачный высокий чел – проводил литературные мероприятия. По дороге, у станции метро «Чернышевская», встретили метросексуального Колю Кононова
– Куда идете?
– На вечер Мякишева.
– А вы его не боитесь? Женя – он такой! Вам надо держаться поосторожнее!
После такого напутствия я ожидала увидеть брутального и злобного громилу неопределенного возраста в мятой рубахе (в пиджаке на голое тело). Но, невзирая даже на казенную обстановку заведения, мероприятие носило семейный характер. Жена поэта – прекрасная темноволосая дама с благородным лицом без косметики – вот кого я отметила сразу, как только мы вошли, и дальше в основном только на нее и поглядывала, хотя и еще кое на кого посмотреть можно было. Например, на виновника торжества. Высокие и крупные люди мужского пола лично мне категорически антисексульны. Я люблю мелких и субтильных, типа Вадика Флягина, похожих на подростков. А всякие качки, атлеты и великаны – это не моя ориентация. Но поэт Мякишев в тот момент поразил воображение не ростом и объемом, а – вопреки ожиданию – хорошими манерами и кэжуал-прикидом без единой дурной ноты. Кроме Лены (о ней Витя Ефимов выразился еще заранее так: красивая и холодная, как Афина) с Женей было еще много других людей. С одним из них он решил меня познакомить, и мы сфотались в фойе – получилась очень смешная фотка. Тогда я еще не поняла, кто это был, хотя Евгений и представил своего друга: Михаил Болдуман. Мне тогда что Мякишев, что Болдуман – было одинаково: ведь рядом сидел Витька Ефимов, изгой и придурок жизни, и я была уверена, что все остальные – это цивилы, и нам вряд ли найдется место на этом празднике жизни,Но я все-таки поддудонила Мяке в честь знакомства свою КНИГУ – «Публичные песни». В то время (90-е годы) не нашлось ни одного человека, кто бы ее одобрил. Например, Витькина гражданская жена Татьяна Гладкая – сама поэтесса – эту книгу сожгла и потребовала, чтобы и я поступила так же, спалив весь тираж, а пепел развеяла над заливом. Художник Вальран, когда я читала всего одно стихотворение оттуда в «Борее», закрывал лицо руками, хотя он мне очень симпатизировал. Лучшие друзья по универу – Георгий Медведев и А. Быков (Унитазов) – отвернулись от меня на всю жизнь.
Тем более странно было, что мои новые знакомые (цивилы, по моему мнению) не только не бросили мне эту книгу в лицо, как некоторые, а даже наоборот – одобрили.
Я подружилась с Мякишевым, а вскоре и с Болдуманом.
935988_613474028702667_1854473829_n
Они занимались редким литературным творчеством. Женя живет в Питере, Миша – в Москве. Один пишет начало стихотворения и посылает другу – чтобы тот продолжить. Друг же, продолжив, высылает другу, а друг его продолжает – и так происходит до тех пор, пока больше уже добавить нечего! Я преклонялась перед силой духа этих людей. Ведь тогда еще не было никакой электронной почты и соцсетей.
Это было очень давно – задолго до пожара в кинотеатре «Спартак»,

Все мои встречи с Болдуманом на протяжении десятилетия носили характер того, в связи с чем из картотеки придется вытащить слова с пометками «театр.» и «устар.»: «скетч» (не путать со «скотч»!) и «бурлеск». Мне досталась карнавальная часть его образа (я поостерегусь сказать – личности). То есть всякий раз – а этих разов за 10 лет было очень и очень много – мои встречи с Болдуманом составляли праздник. Я думаю, что это все происходило, чтобы уравновесить отсутствие праздников в моей жизни до этого. Потому что мало чего хорошего видишь, живя в коллекторе. Раз в год нас всех, беспризорников, загоняли в ДК, и там мы никого, кроме пьяного деда мороза, не видели.

Поэтический слэм в клубе «Танцы». Болдуман как раз был в Питере, пришел вместе с Мякишевым – и взял и записался выступать. Выиграл! В дурацком-пирацком парике он был круче всех – и даже получил децл денег в виде приза.

Однажды Михаил пришел ко мне на занятие. Перед каким-то мероприятием, на которое после этого мы собирались пойти. Все учащиеся сразу обалдели при виде Болдумана. Я говорю:
– Перед вами, уважаемые, профессор Болдуман, сейчас он поздоровается с вами и скажет пару слов.
Учащиеся – несмотря на то, что занятие, длившееся два часа кряду, уже шло к концу – с немеркнущим интересом обратили свои рыла к Болдуману и еще часа полтора не двигались с места, пока им не было сказано идти по домам. Но они не хотели расходиться! Они толпились, тянули время, кто-то делал вид, что не может найти свои боты или рюкзак, что не понял домашнего задания. А все это потому, что таких людей они никогда в жизни не видели; и что-то говорило им о том, что никогда больше и не увидят.

Однажды мы с Ющенко в колесе пошли в ГЭЗ на какой-то нойз. В антракте туда нагрянула компания: Мякишев, Болдуман и две незнакомые немолодые тетки. Было видно, что они перед этим хорошо набухались. Кроме Мякишева, конечно. Их вид в тот момент нам был неприятен: «лохи читают онегдоты». Особенно неприятен , по сравнению с трезвым Мякишевым, был Болдуман с выпученными глазами и пунцовой харей.
– Ты в чем? – задала я ему дежурный вопрос. Я поняла, что он вопрос понял,
– А в чем бы лично ты хотел быть? – не унималась я, нарываясь на провокацию, – синька ведь чмо!
– Лучше, когда есть все – и то и другое, – дипломатично сказал Болдуман, сверкая выпученными глазами на последнем ряду.

Болдуман никогда не вел разговоров о работе, о семье, о детях. Именно это его сильно выделяло из целого ряда подавляющего большинства. Те люди, которым больше нечего сказать, обычно рассуждают именно об этом. Я вообще никогда не знала и до сих пор не знаю, кем он работал. Тем более не в курсе о его семейном положении. О том, что он в отвратительных отношениях со своей мамой, я прочла в газетах и журналах. Это меня заинтересовало по той причине, что я и сама со своей мамой точно в таких же отношениях. Лично с Болдуманом мы тему родственников никогда не обсуждали, как не обсуждали вообще никаких насущных тем. Болдуман был в моей жизни человек-праздник – однажды открывается дверь, и заходят Мякишев и Дед Мороз с девушкой – перед Новым годом, в полдесятого.
– Кто тут плохо себя вел? А ну, иди сюда, сейчас мы тебя наказывать будем!, – это Кирюхе, который весь год бухал. – А вот девочка в фартучке – она хорошо учится. Вот тебе подарочек от дедушки.
И протягивает именно мне – целый мешок подарков. А там – чего там только нет! – и водяной пистолет, и хрустальный шарик – пусть он даже из пластмассы, – и еще какой-то маленький монстрик, умеющий летать по комнате под потолком, и… разве этого не достаточно? Мне этого всего хватило очень надолго. Хватило бы еще намного вперед, если бы на Новый 20012 год, в субботу вечером Болдуман и Мякишев опять пришли бы ко мне вдвоем. Интересно – что бы они мне принесли на этот раз? Какие экспонаты Музея Хуйни пополнили бы мою картотеку? Уверена, что это были бы КНИГИ! И не какие-нибудь фиги, а их общие – СОВМЕСТНЫЕ КНИГИ. Ведь все-таки КНИГА – ЛУЧШИЙ ПОДАРОК; и Болдуман наверняка снова надписал бы хотя бы одну из них для меня так: «PUNK NOT DEATH! PUNKY FISH!»
Наталья Романова


x_afb50ea6
Tags: М&Б, НР
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments